Алан Чумак Сеансы По Лечению Зрения

Меня окутала тихая паника. «Тебя учили-учили, а ты!..» Доктор Рыбакова была достаточно открытым человеком. Я набирал опыт, который вел к прямому общению с огромной аудиторией. Настало время, когда стало ясно: работать тележурналистом я больше не желаю. Я стал писать.Много общался со спортсменами, тренерами, руководителями спортивных организаций… Люди были мне увлекательны, я много задумывался об их дилеммах и судьбах. Я опять и опять «прочувствовал» разные предметы с закрытыми очами; говорил с человеком, а смотрел на него со смещенной «наводкой резкости»; на улице повсевременно пробовал «увидеть» тех, кто шагает у меня за спиной… Много позднее мне стало доступно осознание 2-ух собственных состояний — «включенного» (когда я вижу, чувствую и повлияют на мир как экстрасенс) и «выключенного» (в каком я все воспринимаю и со всем взаимодействую как обыденный человек), тогда же я и научился ими управлять. Первым приезжал на телестудию, последним уходил, работал как вол, но — отрадно, настойчиво, счастливо. И мой знакомый получал его совет и помощь… Это случилось поближе к концу обучения. Если мы понимаем единство с Целым, то становимся равными Вселенной. И здесь я с страхом сообразил, что не знаю, как это делать. Даже на данный момент помню фамилию дежурного доктора — Рыбакова. «Разрешите мне провести сеанс лечения», — обратился я к ней. «Кто вы?» — «Целитель».

Я обучался, не жалея сил, и — будто бы в ответ на мои запросы — телевизионных дел всегда хватало с излишком. Это тяжело. И все почаще мне хотелось выразить эти мысли словами — не сболтнуть кое-как и кому попало в досужих дискуссиях, а поделиться в медленной беседе с теми, кого это вправду тревожит. Итак вот, в период самостоятельного освоения дара я повсевременно находился во «включенном» состоянии. Мне не хватало восьми часов трудового денька — я все не мог себя загрузить по-настоящему Алан Чумак сеансы по лечению зрения. Вот вам наглядный пример того, как страстная устремленность в возлюбленном деле способна творить чудеса.

В ту памятную ночь я, моя дочь и ее подруга Елена должны были, как обычно, «работать» вкупе. А если это так, то каждый способен воспринять, почувствовать хоть какой процесс, происходящий в мире Бесконечности, тогда и может повлиять на него, изменять его. Не знаю — и все! Голова была пустой и легкой, как воздушный шар. Я кое-как растолковал, каким образом исцеляю и что собираюсь сделать.

Мне довелось приготовить и провести огромное количество передач, вещать в прямом эфире, быть ведущим информационных программ; я повсевременно менял нрав творческой работы — переходил из одной редакции в другую, снимал документальные киноленты, делал новостные телерепортажи… И 1-ый шаг к успеху — прислушаться к для себя и осознать, что тебя держит. Тогда во мне и пробудился энтузиазм к журналистике. Но об этом, естественно, не задумывался. Умопомрачительная энергетика и непрерывное чувство счастья, неизменное желание творить, видеть новое — вот какой была моя жизнь! И как она делает Глас слышимым. Но дочь придти не смогла.

Это так, это действительность — ведь мы не только лишь «дети Галактики», мы — Божьи малыши, детки Творца! И можем творить, если откроем внутри себя Бога. Мне не терпелось лечить, и я здорово докучал своим новым знакомым. Мы вдвоем с Еленой посиживали в комнате и внимали Голосу Учителя. Мы опять возвращаемся к старой максиме: «Познай себя! Найди внутри себя божественное начало!» Все в нашей жизни находится в зависимости от того, как мы поняли необходимость этой работы… Дама посиживала, сложив руки на коленях, и вопросительно смотрела на меня.

И не подозрительным. «Какая разница, — махнула она рукою. — Что докторы, что экстрасенсы. Через объектив узреть людей нереально — их можно только ощутить. Я вылечивал людей. Такового история нашего телевидения еще не знала: письма от телезрителей приходили уже не тыщами — десятками тыщ! Общественная приемная в «Останкине» была завалена мешками с конвертами.